В монреальской Конференции ООН по изменению климата принимают участие порядка двух сотен молодых людей со всего мира. Сравнимого по масштабу нашествия молодёжи на это мероприятие не случалось уже пять лет — со времён COP-6 в Гааге и Бонне, когда Гринпис организовал настоящий десант студентов и школьников, которые заполонили залы и коридоры места проведения конференции, улыбаясь в конце долгого и тяжёлого дня измученым переговорами дипломатам, напоминая им, ради кого они здесь работают и вдохновляя их своими идеализмом и энергией. Некоторые из этих ребят сегодня принимают участие в монреальской конференции уже в составе своих национальных делегаций, либо в качестве экспертов научно-исследовательских институтов или лидеров общественных движений.

Задача нынешней молодёжи ещё более масштабная, чем у наших предшественников пять лет назад (для молодёжной среды пятилетний период означает настоящую смену поколения!). Мы не просто улыбаемся делегатам, вступаем с ними в беседу или раздаём наклейки “I love Kyoto”. Мы лоббируем национальные делегации, вступаем в конфронтацию с представителями нефтяных компаний и атомно-энергетического лобби во время их презентаций, встречаемся с президентом конференции, выступаем с речами на пленарных собраниях глав делегаций (среди которых немало председателей правительств и министров), проводим тренинги, семинары и альтернативные народные форумы, а также устраиваем мирные протесты.

Мы очень хорошо ощущаем своё единство. В то время как между «взрослыми» делегатами проходят границы национальных интересов и фронты дипломатических баталий, мы легко находим согласие в главных пунктах нашей общей позиции: именно нашему поколению предстоит испытать на себе всю тяжесть последствий катастрофических изменений климата Земли, и поэтому так сильнó наше желание объединиться перед лицом надвигающейся опасности — для совместного противостояния ей. Мы не делим себя на китайцев, русских, американцев и французов — мы все дети нашей планеты, друг для друга мы братья и сёстры, соратники в борьбе за будущее.

Мы хорошо заметны на общем фоне одетой в костюмы и галстуки массы делегатов. Мы пёстрые, обвешанные значками, нашивками и бельевыми прищепками (в знак солидарности с планетой, которая испытывает похожий дискомфорт от деятельности копошащихся на её поверхности людей), с проколотыми ушами, носами, пупками (и т. д.) и с окрашеными прядями волос. На наших запястьях фенечки и белые браслеты кампании за искорение бедности на всей планете. Мы носим яркие ленты, чтобы показать, что все мы ( несмотря на эту пестроту) относимся на этой конференции к единой группе — землянам первой половины 21 века.

Однако здесь также есть наши ровесники совсем другого сорта. На протяжении уже нескольких лет Exxon Mobil спонсирует группу CFact, отстаивающую (за соответствующее вознаграждение) интересы нефтегазового комплекса и оспаривающую реальность происходящих климатических изменений (в последнее время — только их антропогенные причины) при всяком удобном случае, в каждом интервью и на каждой пресс-конференции. За оплату перелётов бизнес-классом, проживание в четырёхзвёздочных отелях и солидные суточные эти ребята готовы выдавать за «мнение молодёжи» любую пропаганду, подготовленную их спонсорами. Они раздают свои материалы в коридорах Дворца конгрессов, втайне надеясь на столкновение с нами и на внимание СМИ, привлечённое «расколом в среде молодёжи». Мы их игнорируем. Они приходят на наши собрания накануне важных мероприятий, рапортуют о наших планах своим хозяевам и иногда опускаются до воровства наших вещей (рюкзаков с ноутбуками, бумагами, плакатами). Конечно, очень неприятно, что нас стравливают с нашими ровесниками, но мы понимаем, что по жизни нам придётся сталкиваться не только с товарищами и соратниками, но и с оппонентами и настоящими врагами. И ещё не один раз нам придётся доказывать превосходство искренности моральных убеждений над силой больших денег.

Основная наша работа, однако, ведётся со «взрослыми» участниками Конференции. Это не только встречи с министрами, переговоры с делегатами и распространение пресс-релизов и деклараций. Это ещё и пикеты и демонстрации. Накануне голосования по вопросу принятия Марракешских соглашений к Киотскому договору мы пытались развернуть самодельный баннер с надписью «Дети мира говорят “да” Марракешу, чтобы вы могли продвинуться к созданию лучшего мира» (на паре десятков разных языков). После очень тревожных для нас (так как кроме отобранного баннера другой наглядной агитации у нас с собой не было) проблем со службой безопасности нам удалось заручиться поддержкой члена Секретариата Конференции по связям с неправительственными организациями, что позволило двум нашим представителям дежурить с плакатом на протяжении нескольких часов у эскалаторов, ведущих в зал пленарных заседаний. Наш баннер увидели сотни делегатов, спешащих на голосование. В тот день Марракешские соглашения были приняты практически единогласно. Другие примеры: демонстрация прямо в прохладном холле Дворца конгрессов последствий глобального потепления одетой по последней пляжной моде группой молодёжи, весело напевающей: “Oooh, it's getting hot in here! There's too much carbon in the atmosphere!” или инсценировка (перед входом во Дворец) хоккейного матча в 2020 году (по щиколотку в талой воде), который закончился похоронами хоккея как вида спорта (даже локаут в НХЛ в прошлом году не привёл к такому драматичному исходу! ;-)).

Многое в нашей работе не так бросается в глаза, как эти весёлые выходки. Подготовка требования придать молодёжи официальный консультативный статус наравне с неправительственными организациями, деловым и научным сообществами на климатических Конференциях ООН сопровождалась днями и ночами горячих обсуждений на кухне молодёжного хостела, в подвале активистского центра, в кафе “L' utopique”, служащем традиционным местом встреч анархистов, художников, экологов, поэтов и сторонников независимости Квебека. Результат многосуточной работы десятка людей — детальное предложения процесса постепенной (но не затянутой на десятилетие!) интеграции молодого поколения в работу Конференции с правом получать финансирование от Секретариата на приглашение молодых участников из беднейших стран мира и проведение наших — уже вполне официальных — мероприятий в рамках программы мероприятия.

А представлен ли голос российской молодёжи на уровне официальной делегации нашей страны? Я говорю не о тех людях в деловых костюмах, которым ещё нет и сорока, которые отлично говорят по-английски и работают в московских офисах консалтинговых компаний или в министерских кабинетах. Речь идёт о тех идеалистах в изношеных джинсах и с блестящими глазами, о которых писал выше. Я встречаю их в составе канадской и немецкой делегаций, они помогают нам попадать на обычно закрытые собрания официальных делегаций и договариваться о встречах с представителями своих стран, они так же носят яркие ленты, даже если порой приходится повязывать их поверх тёмного пиджака или строгой кофточки. И если вы не знаете ответа на вопрос в начале этого параграфа, я охотно вам его подскажу: нет. Нет, голос молодёжи не слышен в нашей стране. Нет, мы не выступаем официальными представителями России (что, с одной стороны, наверное, и неплохо в плане нашей независимости и возможности свободно выражать свои взгляды, не скованые государственной позицией; но, с другой, мы так или иначе станем лидерами в своих странах в недалёком будущем, так почему бы не попытаться обеспечить преемственность поколений и позволить голосу будущего звучать в официальном хоре представителей народов планеты?). Мне кажется, за это право стоит побороться. И я надеюсь, что уже на следующей Конференции (которая предположительно пройдёт на африканском континенте), на бейджах некоторых молодых россиян на том поле, где обычно пишут название организации, будет напечатано Russian Federation.